Страничка общины храма сошествия Святаго Духа
на Лазаревском кладбище г. Москвы
магазин

История

Благодать на святом месте будет пребывать до тех пор,
пока будут почитаться просиявшие в нем праведники и
святые» (прп. Варсонофий Оптинский).

Храм на Лазаревском кладбищеИстория нашего храма, как и любого святого места, связана со святыми людьми и подвижниками благочестия. Тесно переплетена она и с историей стольного града Москвы.

Храм находится в Марьиной роще. Первый из святых покровителей здешних мест — святой мученик Трифон, во времена Ивана Грозного явившийся вблизи от места, где ныне расположен храм сокольничему Трифону и возвративший ему пропавшего царского сокола. В те времена здесь находилась слобода Напрудная, были пруды и лес, где происходила царская охота на водоплавающую птицу.

В 1750 г. по повелению Императрицы Елисаветы Петровны было устроено Лазаревское кладбище, как первое городское кладбище, в отличие от погостов — кладбищ приходских, которые невозможно было более расширять. Место было выбрано за городской чертой, там, где и прежде хоронили нищих и безродных людей. (Такие места называли «божедомками»). Для поминовения умерших на кладбище был возведен деревянный храм в честь Воскрешения прав. Лазаря Четверодневного, откуда и кладбище получило свое название.

В восьмидесятых годах XVIII в. в Москве бушевала эпидемия чумы. В это страшное время был создан благотворительный комитет помощи больным, который возглавил благочестивый купец Лука Иванович Долгов, известный благотворитель и нищелюбец. Несмотря на смертельную опасность, благочестивые москвичи самоотверженно служили страждущим, снабжали их пищей и одеждой, заботились об умерших. Лука Долгов за эти труды был именным повелением пожалован дворянским званием титулярного советника.

Господь сохранил Луку Ивановича и его семейство от страшной болезни, и в благодарность за это он пожелал построить на Лазаревском кладбище новый каменный трехпрестольный храм, вместо уже обветшавшего деревянного. Работы начались в 1782 году, но вскоре Лука Иванович скончался, и строительство продолжила его благочестивая супруга Сусанна Филипповна. Это был уже не первый храм, созидавшийся на средства Долговых — известных храмоздателей
Вид со стороны кладбища (до 1917г.) Первоначальный проект храма принадлежал архитектору В. И. Баженову, окончательный же был разработан Е. С. Назаровым (они оба приходились Луке Ивановичу зятьями). Знаменитый русский архитектор Елезвой Назаров спроектировал не только сам храм, но и целый комплекс Лазаревского кладбища. В этот архитектурный ансамбль входило пять зданий и каменная ограда кладбища. В настоящее время из зданий сохранилось только одно — бывшая богадельня, остальное разрушено безбожниками-коммунистами. Лазаревскому кладбищу принадлежало 22 гектара земли, из которой ныне к храму относится лишь очень незначительная самая древняя часть кладбища

Храм был построен по архитектурному типу «корабля»: круглая ротонда, с короткой трапезной частью, с двумя колоколенками, венчающими западный фасад, окна стилизованные под иллюминаторы. Строительство было окончено в 1787 г., главный придел освящен в честь Сошествия Святаго Духа на апостолов, правый придел — во имя св. апостола Луки, небесного покровителя Луки Ивановича, левый — во имя св. прав. Лазаря Четверодневного, в память о первом деревянном храме, который был разобран (теперь на его месте футбольное поле). Лука Иванович и Сусанна Филипповна, не дожившие до окончания строительства, были погребены под полом храма, за правым и левым клиросами.

Позже, по завещанию Луки Ивановича, в одном из зданий при храме была устроена «богадельня на пятьдесят лиц женского пола духовного сословия»; жительство в ней проводили благочестивое, подобное монашескому; не вкушали мясо, много трудились. Богадельня имела свой устав, который утверждал сам свт. Филарет, митр. Московский. В это время старостой храма был сын храмоздателей Николай Лукич Долгов. В храме находилась родовая святыня Долговых — крест-мощевик с 50-ю частицами мощей. Имелось более двухсот икон в дорогих золотых и серебряных ризах. В войну 1812 года храм и святыни не пострадали; французы до него не дошли. Однако и крест, и иконы бесследно «сгинули» в годы коммунистических гонений. Интересно, что среди ныне имеющихся в храме святынь много мощей тех же святых, мощи которых имелись в утраченном мощевике.

В конце XIX века в храме настоятельствовал священник Никита Никитич Скворцов, замечательный пастырь-подвижник, просветитель раскольников-старообрядцев, хорошо известный святителю Филарету Московскому и уважаемый им. В храме на Лазаревском кладбище он прослужил не одно десятилетие, являясь одновременно попечителем богадельни и ведя активную деятельность по благоустройству кладбища.

Настоятели храма на Лазаревском кладбище несли огромные подвижнические труды. По статистике, в день на кладбище совершалось до семи погребений почивших христиан. Часто настоятель был единственным священником; помимо богослужения, треб, проповеди слова Божия, сам вел бухгалтерские и другие хозяйственные дела.

В 1903-1904 гг. трапезная часть храма (включая приделы) была увеличена по проекту арх. Воскресенского, и колоколенки, венчавшие западный фасад, были в том же виде перемещены.

В 1914-1917 гг. в храме на Лазаревском кладбище настоятельствовал другой священник Скворцов (однофамилец) — Николай Алексеевич, замечательный пастырь, глубоко почитаемый и любимый всеми прихожанами за свое благочестие. Замечательный проповедник, оставшийся у всех в памяти как чрезвычайно чистый и добрый человек. Он был из профессоров МДА, имел степень кандидата богословия, исполнял должность председателя Церковно-археологического отдела Общества любителей духовного просвещения, знаток церковной старины, автор многих уникальных работ по церковной археологии и капитального труда «Археология и топография Москвы». Его труды, в частности, описание храмов Серпуховского уезда, ныне хранятся в фондах Российской Национальной библиотеки.

В июне 1917 года отец Николай собирал средства для устройства детского приюта. Видимо, узнав обО. Николай Скворцов с супругой этом, в ночь с 14 на 15 июня (ст.ст.) в дом к о. Николаю на Лазаревском кладбище ворвались грабители. Как раз накануне батюшка успел сдать деньги в банк. Услышав шум, о. Николай вышел, пытаясь увещать бандитов, но был зарублен топором. На шум выбежала матушка Евгения, и ее тоже ударили топором по голове. В доме находились взрослые дочери и маленькая внучка о. Николая. Проснувшись и поняв, что в доме грабители, старшая дочь Лидия стала стрелять в них из револьвера. Один из злодеев стал также стрелять, но пули почему-то летели не вперед, а падали на пол (свидетельство мужа Лидии, очевидно, с ее собственных слов). Сестры закрылись в спальне, но злодеи попытались ворваться и туда. Тогда женщины открыли форточку и стали стрелять вверх, после чего, испугавшись, воры скрылись.

В некоторых мемуарах того времени упоминается об этих трагических событиях. Рассказывают, что большая толпа возмущенного народа целый день разыскивала бандитов в Марьиной роще, и если бы догнала, очевидно, совершился бы самосуд. Позже убийцы были арестованы, судимы уже после октябрьской революции, и после неудачной попытки бежать расстреляны.

Отец Николай и матушка Евгения после торжественного отпевания, совершенного епископом Иоасафом, оплакиваемые всей епархией, были погребены возле южной стены храма, недалеко от паперти. После закрытия кладбища их честные останки были перенесены на Ваганьковское кладбище, где доныне сохранилась их могила. Есть свидетельства очевидцев, что оба тела при переносе оказались нетленными.

О духовном облике матушки Евгении известно мало, но знаменательным является факт, что она была дочерью священника Михаила Пятикрестовского. Все три ее брата в годы гонений были репрессированы; один из них — священник Константин Пятикрестовский ныне прославлен в лике Новомучеников Российских.

Трагическая смерть известного московского священника и его супруги стала предвестником грядущих кровавых гонений на Церковь.

После октябрьского переворота 1917 г., несмотря на бурю разрушения, в храме продолжали совершаться службы Богу. Как и везде, духовенство подвергалось преследованиям. По архивным документам того времени, священнослужители и причт храма в заполненных ими анкетах именуются «неимущими». К сожалению, сохранились лишь краткие, отрывочные сведения о некоторых из них.

Ряд служивших здесь священников побывали в ссылках; среди них — протоиерей Алексий Алексеевич Страхов, 1875 года рождения в 1932 г. был приговорен к ссылке в Рыбинск, затем в Ростов Ярославский, где и скончался. На следствии о. Алексий показал: «Считаю, что Советская власть послана в наказание за грехи.., оказывал материальную помощь высланному в Казахстан священнику». Пострадали также священники о. Илия Гумилевский и протоиерей Алексий (фамилия неизвестна), который также не вернулся из ссылки. Диакон Феодор Смирнов, глубоко верующий, благоговейный человек, был арестован 10 декабря 1937 года и расстрелян на Бутовском полигоне.

Последним настоятелем храма был благоговейный пастырь протоиерей Иоанн Смирнов. Вся его жизнь, всецело посвященная служению Богу, является назидательным примером благочестия.

Родился отец Иоанн в 1879 году в Серпуховском уезде Московской области, в семье священника, и вся жизнь его, с ранних детских лет была связана с Церковью. Он обучался в церковно-приходской школе, по окончании ее поступил в духовное Заиконоспасское училище. В двадцатилетнем возрасте в 1899 году закончил его и стал преподавателем Закона Божия в московских женских городских училищах. Женился, в 1901 году принял диаконский сан, служил в московской Вознесенской церкви на Серпуховке, не оставляя свою преподавательскую деятельность. Отец Иоанн отличался любовью к знаниям, к духовной литературе, поэтому в 1907 году он решил поступить в Московскую Духовную Академию. Окончил академию в 1911 году и принял сан иерея. К тому времени у него уже было двое детей.

Ярко характеризует отца Иоанна тот факт, что все его научные труды были связаны с аскетической литературой. Не будучи монахом, имея семью, батюшка, тем не менее, более всего интересовался вопросами серьезной духовной жизни, православной аскезы. Диссертацию он посвятил Синайскому патерику, тогда как, в основном, студенты Духовной Академии пишут диссертации о пастырской жизни, служении священника. Диссертация же о. Иоанна посвящена жизни монашеской. Синайский патерик — одна из древних святоотеческих книг, в которой повествуется о жизни Синайских отцов, приводятся их изречения. За годы обучения, пока о. Иоанн готовил диссертацию, он, наверное, выучил этот патерик наизусть. И святоотеческие заповеди стали заповедями его жизни, по этим заповедям, по словам древних старцев-подвижников он стал строить жизнь. Диссертацию о. Иоанн защитил успешно.

Протоиерей Иоанн был приглашен в Московскую Духовную Академию преподавателем, на кафедру церковнославянского и русского языков. При этом он продолжал работу над своей диссертацией, готовя ее уже как магистерскую, профессорскую. В это время он опубликовал несколько статей в духовных журналах, которые опять-таки были посвящены монашеской литературе и монашеской духовной традиции: другому Патерику, который называется «Лимонис» и такой теме, как «Значение Афона в истории Сербской Церкви».

Несомненно, отец Иоанн жил всем тем, чему он учил, и именно поэтому Господь сподобил его мученического венца. Подвиг мученичества достаточно редкий в истории Церкви, очень немногих Господь сподоблял действительно быть святыми мучениками, потому что, прежде чем стать мучеником, нужно стать преподобным, нужно исполнить евангельские заповеди. Невозможно перенести страдания за Христа без особенной помощи Божией, без особенного присутствия Божьей благодати, а благодать Божия является достойным людям, то есть тем, кто живет по заповедям, кто готовит свою душу к исполнению заповедей и к принятию благодати.

Протоиерей Иоанн получил степень магистра в 1918 году. Во время работы над своей диссертацией он сделал ряд церковно-исторических открытий и был удостоен за нее Макариевской премии. Но уже бушевала революция, творцы новой жизни бегали с красными флагами, проливали кровь, рушили и взрывали храмы. В 1919 году Московская Духовная Академия была закрыта и разграблена. Не дожидаясь ее закрытия, поскольку наступил голод, отец Иоанн уезжает с семьей в Воронежскую область, где можно было служить на приходе. Но в 1923 году он вновь приезжает в Москву, потому что тогдашний настоятель храма Святого Духа на Лазаревском кладбище протоиерей Илия Гумилевский, знавший его по МДА, приглашает его на служение сюда. Поскольку сюда любил приезжать Святейший Патриарх Тихон, очевидно, отец Иоанн достаточно близко знал святителя Тихона. И в 1925 году отец Иоанн становится настоятелем этого святого храма. Видимо, пример его пастырской, подвижнической жизни повлиял и на всех остальных священнослужителей храма. (Подробнее см. раздел свщмч. Иоанн Смирнов)

До 1929 г. при храме существовало сестричество, сестры которого помогали бедным и больным, заботились о храме, пели на клиросе. Одна из сестер этой общины, дожившая до наших дней, О. И. Подобедова вспоминает, что в то время старались как можно меньше знать друг о друге, чтобы по неосторожности или под пытками в НКВД не выдать кого-нибудь. Некоторые из сестер действительно пострадали.

Храм на Лазаревском кладбище любил св. Патриарх-исповедник Тихон. Он довольно часто служилСвятитель Тихон Московский здесь в двадцатых годах. Резиденция Святейшего помещалась недалеко, на Троицкой горке, где теперь подворье Троице-Сергиевой Лавры. Бывшая тогда совсем юной О. И. Подобедова вспоминает об этих богослужениях:
«Святейший очень любил детей. Бывало, после службы выйдет на амвон (а летом — на паперть), уже разоблачившись, стоит на нижней ступени амвона, широко раскинув руки, и подзывает к себе деток. Когда их наберется довольно много, снимает панагию и благословляет ею каждого, и целовать дает, а потом подзывает посошника с большой корзинкой, в которой лежат или яблоки, или карамельки в бумажках, или благословленные хлебцы,- и раздает всем деткам скромные гостинцы, улыбаясь своей добрейшей улыбкой. Время было тяжелое, 1924 год, начало. Иного он гладит по голове, кому-то  серьезно возлагает руку на голову и держит дольше, кому-то  говорит веселую прибаутку. Все это делается в краткие мгновения, пока не подъехал извозчик…»

Присутствовал Святейший Тихон и при погребении на Лазаревском кладбище св.прав. Алексия Мечева. Лишь накануне освободившись из тюрьмы, он приехал сюда на извозчике через весь город, облачился на паперти, так как храм был тогда временно захвачен обновленцами.

Патриарх должен был служить в храме на Лазаревском кладбище и в Лазареву субботу 1925 года… Но прихожане, пришедшие на службу в тот день, увидели объявление, сообщавшее о кончине Святейшего и о порядке прощания с ним.

В один из воскресных дней 1932 года храм был внезапно оцеплен милицией и настоятелю объявили о закрытии храма и конфискации имущества. Здание передавалось заводу под общежитие для рабочих. В 1936 году было уничтожено и Лазаревское кладбище, а на месте погебения умерших, «на костях», устроили детский парк и танцплощадку. Есть живые свидетели того, что в парке играли в футбол черепами, а в алтаре храма обитали бродячие собаки.

Лазаревское кладбище, место упокоения многих известных людей, когда-то хранило многие черты Русской истории. Там находились усыпальницы бояр рода Колычевых — родственников сщмч. Филиппа, митр. Московского, князья Голицыны, Оболен-ские, представителей других знатных родов, родственники святителя Игнатия Брянчанинова; множество духовенства и монашествующих. В их числе был замечательный московский пастырь, епархиальный духовник о. Александр Стефановский, диакон Лефортовского кадетского корпуса Митрофан Протопопов, (племянник свт. Филарета Дроздова и священномученика еп.Серафима Протопопова). Здесь были похоронены мать Ф. М. Достоевского (ее останки по неизвестным причинам были эксгумированы и помещены в музей), художник В. М. Васнецов. Останки В. М. Васнецова и св. прав. Алексия Мечева, были впоследствии перенесены на Введенское (Немецкое) кладбище.

Здесь было погребено немало видных представителей интеллигенции,- устройство кладбища совпало со временем развития в России образования,- профессура Московского Университета, первый русский профессор медицины Московского Университета Семен Герасимович Зыбелин, посвятивший свою жизни борьбе с эпидемическими болезнями. Ныне на месте его погре-бения Обществом православных врачей, трудами проф. А. В. Недоступа, установлен крест и памятная плита. Была похоронена здесь первая русская женщина-авиатор, трагически погибшая на фронтах I мировой войны, на ее могиле был памятник в виде винта самолета. Также здесь погребен протоиерей Григорий Дьяченко (1850-1903). В 2003 году исполнилось 100 лет со дня смерти этого великого проповедника, бывшего настоятелем соседнего храма во имя св. мч. Трифона.) Всего на Лазаревском кладбище около 50 тысяч захоронений.

Есть документы, свидетельствующие, что храм был уже приговорен богоборцами к полному разрушению, вслед за храмом Христа Спасителя, но неведомыми Божиими судьбами уцелел. Неизвестные рабы Божии из Главнауки и Центральных реставрационных мастерских признали храм памятником архитектуры первой категории и тем самым спасли его от разрушения и устройства в нем колумбария.

Внучка одного из клириков храма, протоиерей Александра Соколова, свидетельствовала, что ее дедушка, умирая в декабре 1932 г., пророчески предсказал своим близким, которые тогда, к несчастью, отступили от Церкви, что будет такое время, когда храмы вновь откроются, будет совершаться служба и в храме на Лазаревском кладбище. Близкие сочли это бредом умирающего человека, но ребенок, внучка священника, запомнила эти слова, и дожив до наших дней, сообщила их нынешнему настоятелю храма игумену Сергию (Рыбко). Исполнение этого удивительного благодатного пророчества совершается на наших глазах.
Храм Сошествия Св. Духа был возвращен Церкви в 1991 году, хотя еще несколько лет после этого в трапезной части находились мастерские Театра оперетты. Первые тяжелые труды по возрождению страшно изуродованного храма выпали на долю о.Иоанна Мазова, который ныне настоятельствует в храме Знамения Божией Матери в Аксиньино. С 1994 года настоятелем храма на Лазаревском кладбище является иеромонах Сергий (Рыбко). С батюшкой трудиться в храм пришло много молодежи. При храме собралась небольшая девическая общинка. Девушки бескорыстно трудятся: поют на клиросе, участвуют в восстановительных работах, убирают храм и территорию, ведут занятия в воскресной школе, работают в книгоиздательстве и иконописной мастерской и т. д. В 2003 году при храме образовано сестричество во имя свт. Игнатия Ставропольского.
Основные принципы, по которым мы хотели бы построить нашу духовную жизнь, следующие:

  • тщательное изучение и ревностное исполнение Евангельских заповедей;
  • взаимная любовь и служение друг другу;
  • непрестанная молитва и как можно более частое посещение богослужений, ежедневное присутствие за Литургией;
  • внимательное изучение аскетических творений Св. Отцов Православной Церкви с целью приложения многовекового богатства, накопленного Церковью к духовной жизни каждого из нас;
  • жертвенное служение ближним по примеру христиан первых веков.

Мы очень хотели бы, чтобы общину нашего храма отличала сплоченность, готовность всегда прийти на помощь друг другу. Работая в храме, мы прежде всего стараемся исполнить заповедь апостола: все пусть будет у вас с любовью (I Кор. 16, 14).

Строительство и восстановление храма, на наш взгляд, так же, как и все остальное служение, не должно осуществляться в ущерб молитвенной жизни. Крупных спонсоров у нас нет и никогда не будет, мы считаем, что Церковь, находясь в строгом подчинении священноначалию, однако не должна быть в зависимости от мирских людей — часто посторонних — которые неизбежно станут диктовать свои условия. Храм существует лишь на те средства, которые зарабатывает сам. Это наша принципиальная позиция.

Конечно, жертвуют свои трудовые лепты прихожане, в большинстве своем совсем небогатые, многие из них бескорыстно трудятся для храма все свободное время, от крупных пожертвований храм отказывается. Община храма благодарна всем искренним благотворителям и жертвователям.

Яндекс.Метрика